Виктор Кузнецов

Французская карьера русского герцога


 

Кому из глав французского правительства в России был поставлен памятник? Генералу де Голлю, возглавившему антифашистское Сопротивление? Эдуарду Эррио, в 1924 году установившему дипломатические отношения с Советами и первым на Западе признавшему СССР?.. Не угадали – этих деятелей хоть и весьма уважали у нас, все же увековечивать никому и в голову не приходило.

Речь идет об Армане Эмманюэле дю Плесси Ришелье – том самом Дюке, что девять лет был генерал-губернатором Новороссии и заложил основу будущего процветания Одессы. Дюк, звавшийся по-русски Эммануилом Осиповичем, был представителем того же аристократического рода, к которому принадлежал и знаменитый кардинал, фактически правивший Францией в 1624-1642 годах (без малого за двести лет до рассматриваемых нами событий).

Сегодня, увы, даже профессиональным историкам из молодых часто невдомек, что глава двух кабинетов эпохи Реставрации и хозяин русского города на Черном море – одно и то же лицо. Ведь даже в многотомной исторической энциклопедии упоминается лишь, что герцог Ришелье, вернувшись во Францию в 1814 году, «занимал ряд государственных постов». Видимо, не к лицу считалось славному русскому деятелю возглавлять правительство  роялистов, пусть даже и поставленное волею русского царя…

На родине герцог Ришелье прожил после возвращения недолго – всего восемь лет. Пять из них он в общей сложности провел на посту главы министерства (так тогда называли правительство), состоявшего менее чем из десяти человек. За время Реставрации сменилось немало кабинетов, и большинство из них оставили по себе худую славу. Ришелье принадлежал к меньшинству.

Вопреки своему классовому происхождению и превратностям судьбы (четверть века в эмиграции, потеря состояния), герцог не примкнул к партии крайних роялистов – «ультра», а вошел в ряды умеренных, так называемых доктринеров. Эти люди желали «национализировать монархию и роялизировать Францию», то есть примирить народ и королевскую власть – в отличие от крайних, видевших в народе лишь скотину, повинную в революции.

Назначая Ришелье главой министерства 24 сентября 1815 года, Людовик XVIII надеялся добиться от победителей щадящих условий мирного договора, особенно в территориальном вопросе. Личный друг Александра Первого, герцог был для этого самой подходящей фигурой. Мир, подписанный 20 ноября, оказался для Франции хотя и тяжелым – с потерей ряда областей, с оккупацией и контрибуцией, но все же не таким похабным, как Брестский мир для России или договор 1871 года для той же Франции. Ришелье тяжело переживал случившееся, называл себя «достойным эшафота», но по общему мнению, с любым другим премьером потери Франции были бы куда большими.

Будучи главой правительства, Ришелье – подобно ельцинским премьерам – не опирался на парламентское большинство. Незадолго до его вступления на пост прошли выборы, давшие победу крайним роялистам. Новая палата депутатов получила название «беспримерной» – в первом же своем обращении к нации она пообещала издание репрессивных законов, приоритет религии над правом и чистку госаппарата от нестойких монархистов.

Ришелье не мог открыто противостоять палате – даже предложенные правительством законы депутаты клеймили как слишком мягкие. Но в одном важном вопросе – об амнистии – он решился отмежеваться от крайних. Речь шла о наказании за участие в «Ста днях» Наполеона – герцог предлагал ограничиться полусотней имен, остальных же полностью амнистировать. Депутаты требовали казнить или изгнать из Франции свыше тысячи видных политиков, а имущество рядовых участников «бунта» подвергнуть конфискации. Их не смущало и то, что проект палаты наделял закон обратной силой – судить предлагали даже за поступки, совершенные во время революции 1789 года.

Яростные дебаты шли пять дней, причем правительство ссылалось на право короля карать и миловать, а ультрароялисты апеллировали к демократическим ценностям, праву большинства. Масла в огонь подлил случившийся в это же время побег из тюрьмы некоего Лавалетта, сидевшего за переписку с Наполеоном, когда тот еще был на острове Эльба. Узнику помогла жена, во время свидания поменявшаяся с ним одеждой. Депутаты кричали, что побег подстроен полицией с ведома самого Ришелье. Даже король возмутился поведением ультрароялистов и сказал, что эти господа охотно подвергли бы чистке и его самого.

С большим трудом министерству удалось победить, перевес составил всего несколько голосов. Вместо казней и конфискаций постановили изгнать «цареубийц» и довести до суда дела нескольких десятков человек, внесенных в проскрипционный список сразу после Ватерлоо. Страна избежала вспышки бессмысленной реакции и ответного возмущения.

Другим успехом Ришелье было освобождение Франции от оккупационных войск. Вопреки сопротивлению правых он добился согласия палаты на заем в 300 миллионов франков, позволявший досрочно выплатить контрибуцию и удалить из страны иностранный корпус. На Аахенском конгрессе 1818 года герцогу удалось доказать союзникам, что реорганизованная французская армия сама сможет защитить Бурбонов. Европейские монархи с этим не особенно и спорили, поскольку боялись, как бы их солдаты не набрались во Франции революционного духа. К 30 ноября все оккупанты покинули Францию – на два года раньше объявленного срока.  

С этого момента герцог Ришелье считал свой долг перед родиной выполненным. Лавировать между умеренными и крайне правыми ему надоело, и в конце 1818 года он подал в отставку. Либеральные депутаты предложили назначить герцогу так называемое «национальное вознаграждение», он поспешил отказаться: «Я ни в коем случае не могу согласиться на то, чтобы из-за меня на плечи и без того отягченной нации взвалено было новое бремя… Уважения моей страны, благоволения короля и голоса моей совести с меня совершенно достаточно». Парламент тем не менее определил Ришелье пожизненную пенсию в 50 тысяч франков, тогда он пожертвовал ее в пользу госпиталей провинции Бордо.

Через год с небольшим Ришелье вернулся во власть – был убит наследник престола герцог Беррийский, и в стране возник кризис. Ультра жаждали крови Деказа – преемника Ришелье на посту главы кабинета, считая его виновником случившегося. Ришелье согласился возглавить правительство на условиях сохранения его прежнего состава, кроме Деказа. В конце 1820 года состоялись выборы, принесшие новый успех крайне правым. В этой атмосфере герцогу ничего не оставалось, кроме как вносить « как можно меньше таких законопроектов, которые способны возбуждать страсти». В письме одному из соратников он выдвигал прагматичный план: «Каналы, аграрный кодекс, проселочные дороги, улучшение администрации, общественные предприятия – вот что нам нужно... Чего я боюсь, так это предложений в пользу эмигрантов». Но именно эмигранты, «ничего не забывшие и ничему не научившиеся», жаждали возложить на французский  народ содержание их ненасытной армии. Брат короля, граф Артуа, обещавший вначале поддерживать Ришелье в центристской политике, открыто встал на сторону крайних. 15 декабря 1821 года министерство Ришелье было заменено кабинетом Виллеля. С этого момента Бурбоны утратили шанс на превращение Франции в либеральную монархию – попытки вернуть старый порядок во всем объеме через несколько лет привели к новой революции.

Герцог до этого не дожил. Его последним шагом в политике была попытка не допустить драконовских мер против печати. По новому законопроекту запрету подлежали газеты, поместившие ряд статей, по отдельности невинных, но в целом обнаруживающих «подрывную тенденцию». Очень редко выступавший в палате пэров, Ришелье не выдержал и потребовал ограничить право исполнительной власти на введение цензуры. Но и среди пэров большинство имели те же крайние – закон был принят.

17 мая 1822 года Арман Эмманюэль дю Плесси, герцог Ришелье скончался в возрасте 56 лет. Когда Людовик призвал его возглавить правительство, прежний премьер Талейран ехидно заметил, что король выбрал человека, гораздо лучше Франции знающего Крым. Старый лис ошибался – Дюк Ришелье понимал интересы своей первой и последней родины не хуже, чем интересы второй, и о собственном благе заботился куда меньше, чем о государственном.

 


Это интересно!

Николай Довгай

Среда обитания, ироническая повесть

Владимир Попков

Со свиданьицем, рассказ

Вячеслав Банифатов

Станция лето, стихи


 

Рассылка новостей Литературной газеты Путник

 

Здесь Вы можете подписаться на рассылку новостей Литературной газеты Путник и просмотреть журналы нашей почты

 


 

Нажмите комбинацию клавиш CTRL-D, чтобы запомнить эту страницу

Поделитесь информацией о прочитанных произведениях в социальных сетях!

 


Яндекс цитирования