Городские впечатления
Воздушный акробат мЕссия
Я дышу, играя - понарошку,
искушенный акробат воздушный -
два стакана лжи, O2 немножко.
Только что-то душно, братцы, душно...
Каждый день - на публику. Улыбка.
Разговоры о попсе и тряпках.
Только что-то зыбко, братцы, зыбко.
Что-то очень холодно и зябко.
Видно, я избрал не ту профессию.
Видно, воздух - не мое призвание.
не мессия я, и на крайняк - не мЕссия, -
галочка в графе "Непонимание".
Столица
Пивные поэты, бульварные бляди,
столица от желчи кипит.
А птицы все так же на площади гадят,
а время все так же бежит.
Сегодня на митинг? Сегодня - бухаем.
Подъезды харкают людьми.
А небо все так же - от края до края,
стреляет у солнца лучи.
Столица исходит газетной слюною,
и та превращается в кровь.
Весь город - стена, и под этой стеною
собою торгует любовь.
Я
Я - глупый, я - сука, я - скупо
источаю дыхания газ.
Я шапка, я - бурка, я - урка.
Я - маркиз! Да-да-да - тот, что Сад.
Я - агония, недоистлевшая
жизнь, прожитая впопыхах.
Умиравшая, но уцелевшая
кратность пульса на ваших руках.
Я бегу по наклонной, вопросом.
Я лишь дым от чужой папиросы.
Я лишь то, что привычно терять.
Я штампую на жизнь доносы.
Я - обычная жертва износа.
Я - молитва, уставшего ждать.
Семьянин
Я с дворнягою на пару
кость грызу.
Пар выходит с перегаром.
лапу жму
псу.
Убегаю, вспоминая
(мысли жмут):
дочка, сын, жена родная
дома ждут.
Ночное наблюдение
Трамвайные рельсы, как лыжный след.
На них – черный пес лежит –
Запутался в шерсти фонарный свет –
Он умер, а может – спит.
Лениво подкатит пустой трамвай.
Теленькнет глухим звонком.
Пес вздрогнет. Представит собачий рай
И грязным махнет хвостом.
Хулиган
Дырочка в уголке плотно сжатых губ -
для сигареты.
Левый карман пиджака полон дыма,
правый - с запасом.
Одна рука свободна, вторая -
в кастете, -
этим
утверждаешь силу ответа
на замечание, высказанное -
напрасно.
Д. Гороховскому
Улыбка и поднят ворот.
Вкус выцветших слов во рту.
Сигнальной ракетой город
Описывает дугу.
Стенания стен. Дорога.
Охрипший дворняги лай.
Осталось совсем немного.
Немного и невзначай.
Нелепый взмах рук. Усталость.
Во всем привыкаем жить.
А счастье… Такая малость…
А счастье – всего лишь быть.
(Т. Б.)
Ты страшишься сделать слишком больно
Тем, кто просто хочет быть с тобой.
Хочешь быть как птица - волей вольной,
Но от этого становишься чужой.
* * *
пьяный голос в телефонной трубке:
«Я сегодня не приду домой».
Мама плачет и ломает руки.
Смех. Затяжка. Чей-то крик и сбой.
* * *
Дворняга скалит мне желтые зубы
И я ей скалюсь в ответ.
Поцелуют в щеку холодные губы,
по лицу - переломленный свет.
Перестанет биться усталое сердце.
Остановится времени шаг.
Просочится сквозь пол и неплотные дверцы
Жидкий, чуть металлический страх.
Утренняя дорога
Слайд дороги за окном автобуса,
Бутафория поднадоевших слов.
Ежедневные затасканные новости
Вяло шествуют меж дремлющих голов,
Ловко сшитых с впалыми сиденьями.
Кажется, сейчас все вновь уснут,
Лишь напоминает о движении
Пьяный контролера зуд.
* * *
Жизнь – стерва. Но мы не лучше.
Братцы! Хватит юлить и лгать!
Зуд приличий в душе от Гуччи
Заставляет играть.
Слой манер, субститут улыбок,
Все «нельзя» марлей вяжут рот.
Жизнь -незыблема, наш шанс – зыбок,
А не наоборот.
* * *
Простите. Я неимоверно устал
От лжи, пустословия фальши.
Я просто уже понимать перестал,
Что было и что будет дальше.
Простите меня и спасибо за все.
Не надо грустить и прощаться.
Мы были никем и уходим в ничто.
Не стоит за это цепляться.
Это интересно!
Закат, стихи
Поехали, стихи
Большие люди, рассказ
Нажмите комбинацию клавиш CTRL-D, чтобы запомнить эту страницу
Поделитесь информацией о прочитанных произведениях в социальных сетях!