Ирина Исаева

Верлибр

 

Верлибр


 

Верлибр

Любовница моего отца

Любит ходить по лужам

И запрокидывать голову к солнечным небесам.

 

Любовница моего отца

Носит голубую шляпку

Голубую шляпку носит, которая ей очень к лицу.

 

Ангельские белые локоны

Развеваются на осеннем ветру,

И она идет – такая радостная и такая влюбленная!

 

Любовница моего отца

Улыбается всем прохожим,

А мне улыбнувшись, вздрагивает. Почти незаметно. Почти…

2000

 

* * *

…И, может, нас запомнят зеркала

В твоей унылой маленькой квартире,

Как помнит океан в подлунном мире,

Звезду, достигшую кораллового дна.

 

А через час, а может, через век,

Когда мы поспешим с тобой расстаться,

Пусть будет сквозь туманы отражаться,

Из глубины холодной улыбаться

Печаль твою любивший человек.  

 

Жена

Чтобы стать женою,

Нужно выйти замуж,

А на свадьбу нужен

Белый-белый снег,

И такое ж платье,

И такие ж туфли,

И фата, и чистый-

Чистый человек!

 

Стала я женою,

Но не вышла замуж,

И совсем не белый

У меня наряд.

Мы молчим, обнявшись.

Человек он темный.

За окошком белый,

Белый снегопад.

2003

 

* * *

Со мной простился некто в черном,

И дверь закрылась обреченно.

Всю память выдул мне сквозняк

Под шепоты: пустяк, пустяк.

 

И я живу, смеюсь чему-то

И по утрам встречаю утро,

И по ночам ложусь в кровать…

Не чтобы плакать – чтобы спать.

2000

 

* * *

Приходи ко мне в зимовье,

Приходи – зимовать.

Я тебя своей любовью

Буду звать-величать.

 

Сядем вместе у лучины

Слушать снег-тишину,

Хочешь, я твои кручины

Замолю на луну?

 

Приходи ко мне погреться,

Подремать – зимовать.

Я возьму в ладони сердце –

Голубить, целовать…

1999

 

* * *

За любовью неизбежность смерти.

Г.Г. Маркес

 

Я не знала тебя молодым,

А меня не увидишь ты старой.

Вот и всё – невозможно двоим

Стать счастливыми: поздно и рано.

 

Но любовь не спросила у нас,

Только нашего бога спросила,

И явилась в положенный час –

Вечно юная, чистая сила.

 

Не пытайся ее одолеть,

Чувствуй: сердце становится нежным

Для любви – за которой смерть.

Для любви – что еще неизбежней!

2001

 

* * *

Я мечтаю стать частью

его одиночества

И проснуться в его

межсезонное утро,

Когда ни видеть людей

и ни слышать не хочется,

Когда все беспросветно,

безмолвно, но мудро.

Я хочу стать печалью

его сигаретною,

Дружбой рыжего пса,

что ложится у ног.

Жить не рядом, в судьбе его быть

незаметною,

Но присутствовать в нем –

когда он одинок…

2003

 

* * *

Мелькают дни, как станции метро,

И ничего не происходит – между.

Перед глазами – черное окно,

Как и внутри – ни света, ни надежды.

 

Во мне все та ж высокая печаль,

Что даже в подземелье не остыла.

В вагоне тает голубой февраль.

Мои попутчики ясны необъяснимо.

 

Здесь никому не нужно объяснять,

Зачем любовь во мне зовется болью,

И что никак иначе не назвать

Колодец в сердце, вырытый любовью.

 

Ей – все одно, и остановок нет,

Мне в чтенье Пауло Коэльо не забыться.

В один конец любовь берет билет.

И я смотрю на каменные лица.

 

Куда несется сумрачный  вагон,

Где выходить мне – я еще не знаю.

Колес не умолкает перестон.

Я на плече соседа засыпаю.

2003

 

Целую…

Целую тебя спящую,

На фото и – настоящую,

И будущую, и прошлую,

И грешную, и хорошую…

 

Целую в глаза закрытые,

И в сердце – не мной разбитое,

И в губы – не мне предназначенные,

На ласки другим растраченные.

 

Целую твое одиночество,

Бесслезное Ваше Высочество.

Целую каждую клеточку,

Неверная моя деточка!

 

Целую, целую целую –

Дешевую и бесценную,

На вечность вперед прощенную,

На миг ко мне возвращенную…

2003

 

Женское

Дай мне, Боже, уже не силы,

А ума пережить эту боль!

Я умела страдать красиво,

Восхитительно быть одной,

 

Но со мной приключилась драма

Не для зрителей и цветов…

Я сползаю по стенке (мама!)

С тишиной говорю без слов.

 

Я впадаю в безумье боли:

Все - виновны,  и нужно мстить

Тем, кого я поила собою,

Кто любовью по горло сыт!

 

Больше ни одному человеку

Я не стану смотреть в глаза –

Боль мои опустила веки,

Обратила зрачки назад.

 

…Как мне выиграть эту битву

С обезумевшею собой -

В утешенье прочесть молитву?

Не учила я. Ни одной.Март,

2003

 

* * * 

Всё забудется. Всё забывается.

Первый снег опускается в грязь.

Но сугробами мир одевается –

Значит, снова весна началась…

 

И затянутся раны глубокие

Чистым-чистым лазоревым льдом,

Лягут мысли и фразы жестокие

Мертвой птицей на снег под окном.

 

Все забудется: жаркая Азия,

Страсти, клятвы, предательство, страх,

Белоснежное однообразие

И смиренье застынут в глазах.

 

И уже ни вина и ни мщение

Не тревожат остывших сердец.

Снег-прощение, снег-очищение

Каждым шагом вещает: конец.

2003

 


Это интересно!

Николай Довгай

Ну, как передать словами, стихи

Лидия Комар

Для ненардженої онучки, стихи

Илья Криштул

Смерть подвижника, юмореска


 

Рассылка новостей Литературной газеты Путник

 

Здесь Вы можете подписаться на рассылку новостей Литературной газеты Путник и просмотреть журналы нашей почты

 


 

Нажмите комбинацию клавиш CTRL-D, чтобы запомнить эту страницу

Поделитесь информацией о прочитанных произведениях в социальных сетях!

 


Яндекс цитирования