Тайна кота
Окончание
Предоставленный игрокам отпуск завершался. Из пятерых друзей, четверо уже приехали в свой посёлок, где они договорились встретиться перед отлётом в Позёмск. Ждали одного - Зверя. У него возникли небольшие проблемы с оформлением контракта в «Локомотиве». На днях всё должно было проясниться, и после этого он тоже обещал присоединиться к друзьям.
Наконец Зверь позвонил и сказал, что сегодня прилетает. Несмотря на то, что завершался декабрь, ребята договорились встретиться прямо на улице, на трибунах родного стадиона. Денёк был по-зимнему тёплый, снега выпало мало, поэтому возражать никто не стал.
- Привет звёздам отечественного и зарубежного футбола! – радостно и громко выпалил Зверь, когда вышел из-за трибуны и увидел собравшуюся на ёе верху компанию.
- О-о-о, Зверюга! – радостно закричали друзья. – Ха, пижон столичный!
Встретившись, друзья начали обниматься так, будто не виделись целую вечность.
- Господи, как я по вас соскучился! – произнёс Зверь, после того как объятия друзей прекратились.
- Рассказывай давай, чё за геморрой там получился? – спросил капитан.
- Да,– Зверь махнул рукой,– сперва в лёгких какую-то шнягу обнаружили. При более тщательном обследовании вроде как нормалёк всё оказалось. Потом юридические какие-то нестыковки начались. Там уже агент мой разбирался. Ну, а в итоге всё равно получилось. Теперь я игрок ФК «Локомотив»… такие дела. А вы как?
- Да всё хорошо у всех. Мы со Змеем в английской премьер-лиге теперь, как ты знаешь. «Ньюкасл» и «Челси»,- улыбаясь, сказал Кот.
- Читал, читал,– хлопая Василия по плечу, произнёс Зверь,– значит, ты теперь ЕМУ забивать будешь.
- Это надо будет очень постараться, – вставил Змей. После этих слов, всегда уверенного в себе голкипера над стадионом прокатился раскатистый, дружный смех молодых, успешных спортсменов.
- Я с Игорьком в ЦСКА,– глядя на Зверя, продолжил разговор Воробей.
- Да, Зверь, нам-то тоже с тобой пободаться придётся,– добавил Бутса.
- Придётся, – констатировал Зверь. – Противостояние «коней» с «паровозом» всегда интерес у публики вызывает. (В футбольном мире клуб ЦСКА имеет символ – коня, а «Локомотив» окрестить могут по разному. Всё, что имеет отношение к железной дороге, может быть применимо к этому клубу. Одно из прозвищ – «паровоз». ЧТО ЭТО?(Н.Н)
Возникла пауза. Все понимали: пора поговорить о том, как они станут объяснять Сергеичу, что играть в его команде они больше не будут, что теперь они игроки других клубов и, что самое главное, в чём больше всего каждый боялся признаться себе и друзьям, что всё это называлось одним гнусным словом – предательство. Касаться этой темы не хотелось, но необходимость в этом была и Василий начал: - Всё, конечно, хорошо, но завтра надо в Позёмск лететь. …Все дела в «Малахите» закончить, барахло, какое осталось, забрать. Они там, конечно, уже знают обо всём. Журналюги свой хлеб не зря едят, во всех изданиях сообщили. Да и с Сергеичем попрощаться надо…
После упоминания о тренере все опустили глаза.
- Мне перед коучем ужасно стыдно,– произнёс Змей, глядя в снег,– он рассчитывал на нас, а мы его предали…
Все согласно промолчали.
- Хорошо, что хоть стыд остался,– голос Виталия Сергеевича, прозвучавший откуда-то с боку, заставил вздрогнуть буквально всех.
Он появился, словно приведение, и стоял метрах в десяти от парней, в проходе между сидениями нижних рядов.
- Но сути дела это не меняет, – продолжил он, не спеша поднимаясь наверх.
- А Вы как здесь?.. - начал Зверь, но тренер махнул поднятой ладонью, давая понять, чтоб он не перебивал и дал ему продолжить.
- Примерно год назад на этом самом стадионе у нас с вами состоялся разговор. Вы согласились ехать и работать со мной. Я вам пообещал что? – всё так же неспешно поднимаясь наверх спросил он. – Ну?
- Сделать из нас высококлассных игроков,– тихо произнёс Василий. - Правильно, капитан. – Виталий Сергеевич ткнул воздух указательным пальцем в сторону Василия. В этот момент, поднявшись на самый верх трибуны и находясь за спинами парней, на два ряда выше, он опять спросил:
- Я своё обещание выполнил? - Да,– согласно закивали они, не поворачиваясь в его сторону.
- Да, я своё обещание выполнил. С этим согласились все из вас, и это даже подтвердили ведущие клубы английского футбола. А это, согласитесь, дорогого стоит.
Теперь я бы хотел поговорить о том, что же пообещали мне вы, дав своё согласие на моё условие. Кто-то помнит?
- Мы согласились…- начал, было, Василий, но тренер перебил его.
- Я что-то не понимаю, в этом коллективе память только у капитана осталась? Зверь, что скажешь?
Юра какое-то время молчал, прокручивая в памяти то далёкое утро. - Мы дали согласие, не подписывать никаких бумаг без вашего ведома, – еле выдавил из себя Зверь.
- Вы его выполнили? – спокойно спросил тренер, прекрасно зная ответ, но всё же желая услышать его от своих бывших подопечных. - Нет,– ответили парни не громко, но почти хором.
Они бы, конечно, могли встать и уйти, прекратив этот неприятный для них разговор. Могли, даже не смотря на то, что они виноваты. И наверняка бы так и поступили, будь на месте их тренера кто-то другой. Но внутренняя сила, исходившая от этого человека, не позволяла им этого сделать. Они сидели, как послушные школьники, не переча своему строгому учителю.
- За все свои дела, друзья мои, в этой жизни надо отвечать. Этому учил вас наверняка не я один. И вот теперь настал момент, когда вам придётся отвечать за свои невыполненные обещания.
Виталий Сергеевич посмотрел на затылки парней и спустился на два ряда ниже. Раздвинув Кота и Зверя, он стряхнул остатки снега с деревянной лавки и пристроился между ними, усевшись на подол своего тёплого, кожаного плаща.
- Слушайте теперь меня сверх внимательно,– продолжил он,- ибо речь пойдёт о делах весьма серьёзных. Как-то раз, когда вы сидели в вашем любимом ресторане «У штурвала» и раздумывали над вопросом, говорить ли тренеру о предложениях из других клубов, кое в чём тогда вы были не далеки от истины. Где-то в глубине души каждый из вас чувствовал, что все ваши успехи - это результат не только того титанического труда, который мы проделывали с вами на тренировках, а чего-то ещё, вам неведомого, приходящего извне. К сожалению, голос совести вы слушать не стали и к тренеру советоваться не пошли. Тихонечко дождавшись отпуска, вы уехали демонстрировать переданное вам мастерство. – Виталий Сергеевич говорил без упрёка, с небольшим азартом, как будто рассказывал парням увлекательную историю или давал установку на игру. На какое-то мгновение он остановился, окинул их внимательным взглядом и продолжил:
- В мире нашем, существуют некие силы, взгляду и разуму человеческому в повседневной жизни недоступные. Можете назвать их духами или призраками, дела это не меняет. В общем, существа без плоти и крови, но наделённые большой силой и возможностями. Среди них, как и всюду в этом мире, есть белые и чёрные, то есть существуют силы добрые и силы злые. С закономерной периодичностью они между собой встречаются и устраивают этакие соревнования или пари, называя их – «экзаменами». «Экзамен» заключается в том, что белые или чёрные, в зависимости от того, чья очередь, выбирают человека, иногда группу людей, как это было в вашем случае, и наделяют его или их, каким-нибудь талантом, гением, в общем, делают так, чтобы он поднялся в своём направлении над серой, людской массой. Но перед этим, через посредника, ему, или опять же им, задаются определённые условия, ограничивающие свободу действий: мы, мол, тебе даём то-то, то-то, а вот ты в замен не делаешь того-то и того-то…
- Виталий Сергеевич,– перебил его Кот,– получается Вы посредник?!
- Правильно соображаешь, капитан, я посредник. Но об этом позже. Сейчас вам о своей шкуре надо думать,– и он продолжил,- в нашем случае я вам сказал: я делаю из вас высококлассных игроков, а вы, в свою очередь, без моего согласия контракты и другие договорённости ни с кем не подписываете. Внимание на этом не акцентировалось, так как это запрещено правилами. До вашего сведения доводятся ограничения и, если вы даёте согласие, то «экзамен» начинается. Вы своё согласие дали, и с того момента для вас и для белых, тех, что выбрали вас для пари, начался экзамен. – Виталий Сергеевич опять сделал остановку, посмотрел на покрытое снегом футбольное поле и продолжил:
- В общем-то, мне кажется, суть вы поняли, но теперь, на вашем примере, объясню подробней. «Белые», после того, как их выбор пал на вас и после того как вы дали своё согласие, стали наполнять вас энергией, с помощью которой вы усиленно впитывали передаваемое мною футбольное мастерство. Вы достигли приличного уровня, но так как согласие вы нарушили, отдав предпочтение предательству, самолюбию и тщеславию, а не верности и совести, то «экзамен» вы провалили. Поэтому чёрные победили.
- А если я не хочу участвовать в этом «экзамене»? – спросил Воробей. – Нас-то почему никто не спрашивал?
- А нас вообще, когда-нибудь спрашивают? – вопросом на вопрос ответил тренер. – Когда умер твой отец, тебя кто-то спрашивал: хочешь ли ты этого? Когда у твоего соседа по лестничной площадке в Афганистане ногу оторвало, его тоже никто не спрашивал, как он хочет жить: с ногой или без неё. Тебя даже не спрашивали, хочешь ли ты появляться на этот свет, а просто родили и всё, без всяких вопросов. Так что раз уж мы попали в этот «суперпроект» под названием жизнь, давайте принимать действующие правила. Не мы их устанавливали, не нам и отменять, тем более что не в наших это силах.
- Виталий Сергеевич, а вы то…- Змей замялся, не зная как спросить тренера о его принадлежности к тем силам, о которых он рассказывал, – ну… тоже… - Нет, Сергей, я обычный человек, такой же, как и ты,– поняв, о чём спрашивает парень, ответил тренер.
- А как же вы тогда с ними знакомы?.. – начал уже Воробей. - Это отдельная история, мужики, и она слишком долгая. У нас сейчас нет времени об этом говорить. Вам лучше подумать о своей судьбе, а то, что в вашей жизни наступает сложнейший период, это я вам говорю абсолютно точно.
- А что с нами будет-то? – спросил Кот, начиная понимать, что последствия этого «экзамена», видимо, действительно ожидаются не шуточные.
- Точно я вам сказать не могу. Может быть, всё что угодно. Так как экзамен у вас групповой, то через шесть дней, шесть часов и шесть минут после того, как последний из вас поставил свою подпись под контрактом, чёрные вынесут своё решение. По моим подсчётам, произойдёт это завтра, ближе к полуночи.
Парни смотрели на тренера, понимая, что в их жизни наступают нехорошие перемены, но они явно недооценивали реальный размер беды, которая к ним приближалась. Лишь услышав последующие слова Виталия Сергеевича, они начнут понимать, с чем же они столкнулись.
- Может быть, всё что угодно,– повторил тренер,– вас могут отправить в рабство, на какие-нибудь урановые рудники, могут сослать на необитаемый остров. Могут сделать бомжами на помойке, животными, насекомыми. Список практически бесконечен.
У ребят от услышанного округлились глаза и непроизвольно открылись рты. Теперь они не только поняли, они явно прочувствовали, что их ожидает в будущем. После небольшого раздумья, с навернувшейся на глаза слезой и дрогнувшим голосом, Зверь спросил:
- А как же родители? Знакомые? Они же будут нас искать. - Вас все забудут. Чёрные так же, как и белые, легко воздействуют на память. Всё будет так, будто вас и не было. Исчезнут ваши образы на фотографиях, исчезнут ваши росписи на документах, вещи… всё… Вас не было. Такое происходит иногда с окружающими нас людьми, просто мы этого не помним.
Не выдержав, Зверь заревел.
- Вот это да-а-а! – произнёс Воробей, взявшись за голову.
- Попали…- еле слышно констатировал Кот.
- Юра,– Виталий Сергеевич обратился к Зверю,– раньше времени сдаваться не надо,– произнёс он фразу, которую не раз ребята слышали на неудачно складывающихся матчах. - По правилам, шанс вернуться будет вам предоставлен. Один, но будет…
* * *
- Вот, в общем-то, и всё, – произнёс Василий, подкидывая в костёр сухую ветку.
Мы очнулись, как будто только что завершился показ интересного фильма, и в кинозале включили свет. Я посмотрел на Аленку. Моя сестра, наклонив голову, кулаком вытирала слёзы.
- Ну, а что же произошло дальше? Какое решение приняли чёрные? И про шанс вернуться вы узнали? – с нетерпением спросил я и посмотрел на парней.
- Чёрные показали, что у них есть чувство чёрного юмора,– усмехаясь, сказал Змей.
– Меня змеёй сделали, точнее ужом, Кота, как вы знаете – котом, Воробья – воробьём. Зверя - из-за фамилии Белкович – белкой, а Бутсу, видимо, из-за схожести шипов с колючками – ёжиком. - Змей расхохотался, а потом сник - - вот так вот, смешно и грустно…
- А как же шанс на возвращение? – опять спросил я.
Все как-то с надеждой посмотрели на нас с Аленкой, о чём-то задумались, а потом опустили глаза.
- Да, а как же шанс? – спросила молчавшая до сих пор сестра. – Ребята, я так хочу, чтоб вы вернулись и по настоящему стали футболистами! Сенька тоже во дворе в футбол играет, а по телику он за «Зенит» болеет. У него и значок есть.
- Какой значок? – не понял Василий.
- Такой маленький, синий, треугольный. На нём по письменному «Зенит» написано,– поспешила объяснить Аленка.
- А-а. Да, значок,- это здорово, – согласился Василий.
Все замолчали.
- Так всё-таки, что с возвращением? – настойчиво повторил я.
После небольшого раздумья Василий произнёс:
- Ладно. Я думаю, пора вам узнать всё… - он пристально посмотрел на нас с Аленкой и продолжил: – То, что вы оказались здесь, ребята, это не только результат вашего любопытства. Сказать честно, нам всем было необходимо ваше появление. От вас двоих зависит наше возвращение к полноценной, человеческой жизни.
Я посмотрел на сестру, а она на меня. В её глазах я прочёл любопытство и лёгкий испуг. Говоря откровенно, я сам испугался этой неожиданной и ещё неизвестной ответственности.
- Чтобы было всё понятно, расскажу, что же произошло дальше, и какой шанс нам предоставили чёрные.
Подсчёт тренера оказался точен, и следующей ночью произошло наказание. Но перед этим, по совету Виталия Сергеевича, парни собрались все вместе, подальше от посторонних глаз. Местом сбора был выбран дом Бутсы, так как располагался он в частном секторе, а родители и сестра уехали погостить к родственникам в Украину. В доме больше никто не проживал - для встречи с неведомым место было весьма подходящее.
Собрались все задолго до полуночи.
- Что делать будем? – спросил Бутса, глядя на напряжённые лица друзей. – Может, в картишки?
- Давай,– согласился Кот,– отвлечемся немного. Я такого напряжения, как за эти сутки, за всю жизнь не испытывал.
- Точно капитан,– согласился Воробей,– мне кажется, я взорвусь скоро. Внутри гудит всё, как в этих… в будках таких трансформаторных…
- А где Змей-то у нас? – оглядываясь по сторонам, спросил Кот.
- В той комнате, на компьютере играет,– ответил хозяин дома,– он меня поражает: спокоен, как удав!
- Так он же Змей,– произнёс Кот, и все рассмеялись.
- Да уж, хладнокровия ему не занимать. Одно слово – голкипер. Не зря на него «Ньюкасл» глаз положил,– сделал заключение Воробей. Все подняли розданные карты и приступили к игре.
- Игорёк, а предки-то у тебя куда укатили, далеко? – поинтересовался Зверь, переворачивая к себе очередную «взятку».
- Далеко. На Украину, в Донецк, к тётке в гости.
- Да? – Кот с любопытством посмотрел на Бутсу,– а мне, кстати, сперва оттуда, из «Шахтёра» предложение было. Но потом вот англичане в Голландии подкатили. И я решил, что в «Челси» всё же лучше, – улыбаясь, сказал Василий.
- А я б сейчас и в наш поселковый «Вымпел» вернулся,– грустно заметил Зверь.
- Что ты будешь делать! Не идёт карта,– громко сказал Бутса, нарочно уходя от больной темы, которую задел Зверь. Скинув на стол последние карты, добавил – считайте.
- У меня тринадцать, – сказал Кот.
- Ха, и у меня, – Зверь кинул карты на стол.
- Хм, – удивился Бутса, - и у меня.
Все посмотрели на Воробья. Он пересчитывал свои очки среди набранных «взяток».
- Да чего ты там считаешь? Ты выиграл,– Бутса протянул руку, чтоб забрать у него карты.
Воробей обвёл всех удивлённым взглядом и произнёс: - У меня тоже тринадцать!
- Не может быть! – Бутса забрал карты у замершего Воробья,– в колоде сто двадцать «очей», а у нас только… пятьдесят два получается. Карты не все, что ли?
Он внимательно пересчитал «взятки» Воробья и прошептал: - Тринадцать.
Затем стал пересчитывать свои – тоже тринадцать!
Кот и Зверь за это время по нескольку раз пересчитали свои очки, но каких-то изменений в их количестве не обнаружили:
- Тринадцать! – сказали оба, изумлённо глядя на Бутсу.
Хозяин жилища собрал всю колоду и перетасовал.
- Вроде все,– сказал он, ориентируясь по её толщине и, начав выкидывать по одной карте на стол, принялся считать в слух:
- …девяносто восемь, сто, сто десять, сто двадцать… все на месте!
Уставившись на пересчитанную колоду, все молчали.
Тишину нарушил хозяин дома:
- Сдаётся мне, господа футболисты, наши чёрные экзаменаторы начинают нас запугивать.
В этот момент из соседней комнаты вышел Змей. На лице его так же обозначилось некое недоумение:
- Слушай, Бутса, либо у тебя «комп» глючит, либо… я не знаю… Три раза на нём в футбол играл, все три раза проиграл. Знаете, с каким счётом? – спросил он, ожидая услышать в ответ вопрос: «с каким?». Но вместо этого сидевшие в комнате друзья хором вопросительно произнесли:
- Тринадцать - ноль? - Точно! А вы-то, откуда знаете?! - Отвлеклись, называется…- немигающий взгляд капитана был направлен на Змея, но проходил сквозь него, куда-то вглубь пространства.
- Кажется, начинается, – испуганно произнёс Зверь.
- Да вроде рано ещё,– возразил Бутса, – Слушайте, ну их в задницу, карты эти, компьютер! Пойдём DVD-и посмотрим. У меня комедия наша любимая есть.
Порывшись в ящике под телевизором, он вытащил диск.
- Во,– показал он друзьям, – «Тупой и ещё тупее», давайте хоть похохочем перед…- он замолчал, не зная, что сказать дальше.
Все согласно уселись перед телевизором, не видя другой альтернативы.
Фильм этот они неоднократно смотрели, обсуждали и пересказывали, но так как он был всеми любим, против его просмотра возражать никто не стал.
- А откуда вы про мой счёт-то узнали? – спросил Змей у севшего рядом Воробья. Тот задумчиво посмотрел на Змея и рассказал, что произошло несколькими минутами ранее за журнальным столиком, где они играли в карты.
- Писец! – как всегда лаконично подвёл итог голкипер, и молча уставился на экран телевизора, где начинался фильм.
Во время просмотра фильма вновь начали происходить какие-то необъяснимые вещи. В тех эпизодах, где раньше парни смеялись, они вдруг начали плакать. Чем забавней был момент, тем сильнее друзья начинали реветь. Они смотрели друг на друга, недоумевая и не понимая, что происходит, но продолжали оставаться перед телевизором, обливаясь слезами против своей воли. Когда фильм закончился, обессиленные парни сидели в креслах и на диване. Состояние было такое, будто они только что сдавали нормативы на скоростную выносливость, пробежав несколько раз подряд дистанцию 400 метров.
«Что же это такое с нами происходит? – думал Василий и, взглянув на стоявший в серванте будильник, почувствовал: всё, сейчас начнётся!»
00:12 показывали большие зелёные цифры табло. И как только цифра два поменялась на тройку, все вдруг ощутили приближение чего-то ужасного. Это было не то ощущение страха, которое испытываешь, увидев неожиданно выскочившую на тебя из темного переулка собаку. Это был дикий ужас, намного более сильный, чем страх, от которого весь организм сковывал паралич, и он переставал двигаться, отказываясь подчинятся командам мозга. Побыв в таком состоянии какое-то время, парни почувствовали, что тела их начала сводить судорога. Затем всё пространство озарила вспышка фиолетового цвета, и их сознание, не выдержав напряжения, отключилось.
Постепенно приходя в себя, Василий никак не мог сообразить, сколько же времени он был в отключке. Посмотрев на будильник в серванте, он обнаружил, что табло стало почему-то гореть белым цветом. Василий усиленно вглядывался в часы, но разобрать, сколько прошло времени, не мог: он видел лишь ничего не значащие белые огоньки и понимал, что эти огоньки показывают время, но мозг отказывался воспринимать информацию об его исчислении.
«Что за ерунда? И где все? Что же с нами произошло?» - возвращающееся сознание приносило с собой множество вопросов. Тело было каким-то не своим. На лице и внизу спины что-то мешалось. Он повернулся направо и увидел рядом с собой какое-то странное, рыжее существо. От неожиданности Василий попытался отскочить, но вместо этого неуклюже шлёпнулся в противоположную от существа сторону, упав на что-то колючее. «Что-то колючее» начало барахтаться и издавать противный писк. Ошарашенный происходящим, Василий рванул прочь. Спрыгнув на пол, он понял, что бежит на четырёх конечностях. «Хм, а так бегать гораздо удобнее. Странно, почему я раньше этого не заметил»,- промелькнувшая мысль мгновенно принесла ужасающую догадку: «Меня сделали животным!». Спрятавшись за каким-то ящиком, Василий, пораженный догадкой, принялся следить за происходящим в комнате и анализировать ситуацию:
«Может быть всё что угодно. Вас могут отправить в рабство, на какие-нибудь урановые рудники, могут сослать на необитаемый остров. Могут сделать бомжами на помойке, животными, насекомыми. Список практически бесконечен»,- всплыли в памяти слова тренера. «Судя по лапам, шерсти и выросшему хвосту, меня сделали котом. Вот юмористы хреновы».
Кот осторожно высунул морду из укрытия и начал оглядывать комнату. Недалеко от себя он увидел нечто, ползущее по полу. «Змея что ли? Точно, змея. Если я стал котом, то, исходя из логики, это ползёт Серёга. А вон и Воробей! Чего это он на люстру забрался?»
«А я сам не знаю, как здесь оказался»,- почувствовал Василий мысленный ответ Воробья.
«Андрюха, ты что, понимаешь меня!» - обрадовался Кот.
«Видимо так, капитан. Ты когда посмотрел на меня, я твой голос услышал. Вернее мысли понял».
«Здорово! А где там остальные? Кто-то двое на диване были. Похоже, это Бутса со Зверем. Ну-ка, глянь».
- Вот так мы узнали о наказании, которое назначили чёрные. После этого нам вернули человеческий облик и ознакомили с условиями нашего дальнейшего существования. Узнали мы и про шанс возвращения к человеческой жизни. Обо всём было написано вот в этом свёртке, необъяснимым образом, появившемся на столе после нашего перевоплощения в человеческий облик.
Василий протянул мне рулон серой бумаги. Он был намотан на чёрную полированную палочку и смахивал на указ какого-то древнего царя. Я осторожно взял свёрток и, подержав его в руках, развернул. В глаза сразу же бросилась большая, сургучовая печать, стоявшая внизу текста. На ней был изображен черт с оленьими рогами, в глазах которого сверкнул металлический отблеск, заставивший вздрогнуть меня и сидящую рядом Аленку. Стало страшно. Текст был написан большими, объёмными буквами, по каждой из которых стекали нарисованные красные капельки, но чем дольше я на них смотрел, тем сильнее мне казалось, что стекают они по-настоящему. Горячее дыхание Аленки грело моё плечо, из-за которого она выглядывала, чтоб посмотреть, о чём говорит таинственный свёрток. А говорил он следующее:
Зрите и внимайте, пятеро проигравших.
Было показано вам, что ожидает вас дальше. Прозвищ своих вы стали рабами, нам на потеху. Страдайте, презренные, мы посмеёмся!
В обличии тварей безмолвных дальше вам жить. Лишь послабление на ночь будет дано: после полуночи и до пяти, в тело своё возвращайтесь.
Да, чуть не забыли - вам, недостойным, шанс предоставлен:к жизни людской попытаться вернуться. Условия ниже.
Вы не сдержали своё обещание. Найтись должен тот, кто, дав слово, его выполняет, за вас наказанье неся.
Это должны быть дети, двое и разного пола, связанные кровным родством. Возраст тринадцати лет не должен быть пройден.
Первоначально с вами на встречу ночную придти они будут должны без чьей-то подсказки. Дать согласие, а после исполнить должны они будут вот что:
тринадцать кряду ночей являться к полуночи в лес;
с ними быть никого не должно, лишь две беззащитных, детских души;
если иные людишки об этом прознают, о возвращении забудьте;
в лесу проводить им каждую ночь до рассвета…
На этом, ничтожества, всё! Дальше от вас всё зависит. Если хоть пункт будет нарушен, в ваши тела вам не вернуться.
Приближалась двенадцатая ночь, после того как мы с Аленкой дали своё согласие. Все одиннадцать предыдущих, мы боролись не только с собственным страхом, нам приходилось исхитряться и незаметно исчезать из дома так, чтоб мы никем не были замечены. Хоть наша бабуля и ложилась рано спать, что давало нам хорошую возможность без проблем покидать дом, нас вполне могли увидеть припозднившиеся соседи. И молчать бы они наверняка не стали. Думать о последствиях даже не хотелось. Была и ещё одна трудность. Трудность не менее тяжелая, чем две предыдущие, тяготившая больше Аленку, нежели меня, хотя и мне дававшаяся с большим усилием. Обо всём произошедшем очень хотелось рассказать. Причём поделиться хотелось со всеми. Даже с глухой и полуслепой бабой Груней, живущей через два дома на нашей улице, от которой мы обычно убегали, зная её привычку задавать глупые вопросы. Я уже несколько раз вовремя останавливал сестру, у которой при виде кого-то из живых людей, рот открывался сам собой, как мне казалось, даже против её воли. Я и сам чуть было не проболтался своему другу Кольке в минуту откровения, но вовремя вспомнил, чем это обернётся для парней, запихнул себе в рот наволочку от подушки и проходил так около часа. Получилось так, что провести сейчас ночь на улице, среди деревьев и окружающей неизвестности, для Аленки было проще, чем потом не рассказать об этом. Я был удивлён тому, как моя сестра стала вести себя в ночном лесу. Она больше не ревела и даже не хваталась за меня испуганно, лишь держалась за руку, сжимая её, когда слышались непонятные звуки. Но страх всё равно довлел над нами, просто стал он теперь чем-то привычным и если можно так сказать – не таким страшным.
Полночь приближалась. Бабушка, как мне показалось, уснула, я тихонько приподнялся и вышел в сени. Подойдя к чулану, где ночевала Аленка и, прислонившись губами к щелке между дверями и косяком, я прошептал:
- Лёнька, пора…
- Иду,– послышался в ответ такой же шёпот.
Эта церемония сбора перед походом в лес, сложившаяся у нас первым вечером, была неизменной все одиннадцать раз. Вот и сейчас всё происходило по тому же сценарию, пока…
- Вы пошто это не спите? – голос бабушки, прозвучавший за моей спиной, ударил электрическим разрядом и заставил меня похолодеть от страха. Аленка, стоявшая в дверях чулана, напуганная неожиданным поворотом событий, принялась оправдываться:
- Бабушка,– волнуясь, затараторила она,– нам срочно, нам обязательно надо идти, иначе…
В этот момент, поняв, что сейчас может произойти непоправимое, за какие-то доли секунды в моей голове проскочило несколько вариантов необходимых ответов, и был выдан самый, как мне показалось, убедительный:
- Бабуля,– начал я, перебивая Аленку и на всякий случай закрывая её спиной – нас парни опять на ночную рыбалку позвали.
- На рыбалку? – бабушка недоверчиво посмотрела на нас. – А пошто мне ничего не сказали?
Я уже был готов к этому вопросу. Виновато опустив голову, как можно более жалобно я принялся оправдываться: - Просто мы в прошлый раз тебя долго уговаривали, подумали: на этот раз ты нас не отпустишь…
Бабушка закивала головой:
- Никаких рыбалок,– как-то неуверенно сказала она, видимо больше для порядку, и чтоб немного проучить провинившихся. В то же время понимая, что если внуки начнут её упрашивать, она отказать не сможет. Я и Аленка это сразу почувствовали, начав умолять её в два голоса.
- Бабушка, ну, пожалуйста, нам очень охота на рыбалку.
- Бабуля, нас уже ребята ждут. Мы же им обещали… - поддержал я сестру.
Последний довод повлиял на бабушку, так как человек она была обязательный и очень не любила, когда обещания не выполняются.
- На рыбалку,– проворчала она,– ладно, идите. Только в последний раз. Шибко уж я переживаю, когда вы на реке одни.
« Фу-у-у!», - прозвучало в моём сознании и отлегло от сердца. Сейчас всё хорошо, ну а завтра… Завтра думать и будем. Как говорится: утро вечера мудренее. Приготовленный заранее пакет с пирожками был у меня с собой, я схватил Аленку за руку, и мы побежали на улицу.
- Спасибо, бабушка,– крикнул я, перепрыгивая через порог.
- Рыбу-то куда деваете, продаёте что ль? – услышали мы уже где-то позади усмехающийся бабушкин голос, но ответить на него не успели, так как повернули в этот момент за угол дома и помчались в наш лес.
Сегодня должна была состояться последняя – тринадцатая ночь. Я заранее предчувствовал, что будет она самой сложной. Проблемы начали возникать уже днём. Одна из них - неожиданно нагрянувшая в гости тётя Дуся, старая бабушкина подруга. Жила она в соседней деревне и приехала в Заливное по каким-то своим делам. Водитель, дядя Паша, который привёз тётю Дусю на стареньком ЗиЛке, имел неосторожность повстречаться с сослуживцем. Встреча двух старых дембелей закончилась тем, что после распития довольно внушительной порции самогона, дядя Паша припарковал своё грузное, превратившееся в недвижимость тело, в огороде друга. И после тщетных попыток ещё двигавшегося приятеля дяди Паши по перемещению ста пятнадцати килограммового гостя в дом, оба они остались спать на грядке с морковкой. Тётя Дуся, обнаружившая своего шофёра в полной нирване, поняла, что на сегодня поездка откладывается, и ночевать придётся в Заливном.
Этой новостью она несказанно обрадовала нашу бабушку, давно не видевшую свою подругу. Мы же с Аленкой особого восторга от этого не испытали. Во-первых, потому что в доме появлялся лишний человек, который мог заметить наш ночной рейд. Во-вторых, было неизвестно, во сколько они улягутся спать. А то, что разговор их затянется допоздна, я был уверен. Так оно и получилось. Закончив обсуждать все произошедшие события, бабуля с тётей Дусей отдыхать отправились только в двенадцатом часу. Между тем, время безжалостно приближалось к критической отметке. Как только я услышал бабушкино сопение, говорящее о том, что она отправилась в «долину снов», я тут же вылез из-под одеяла и, стараясь как можно тише, встал с расстеленного на полу матраса.
- Сеня, в туалет, что ли захотел? – голос тёти Дуси заставил меня вздрогнуть.
- Да, живот чего-то заболел – ответил я первое, что взбрело в голову.
- Ой, так надо Варваре сказать, пусть таблетку тебе даст,– выразила заботу бабушкина подруга.
- Не надо её будить,– еле сдержался я, чтоб не вскрикнуть,– пусть спит, а то она потом не уснёт. А таблетки я знаю, где лежат. - Ой, ты матушка, молодец какой! Ну, бежи, давай, – сочувственно прошептала тётя Дуся, и я вышел в сени.
- Лёня, пора,– произнёс я шёпотом в чулан наш «пароль». Но вместо привычного Лёнькиного ответа – Иду – меня встретила тишина. Сердце моё, итак бившееся учащённо, добавило оборотов, повышая нервозность.
- Лёнька! – прокричал я шёпотом в сложенные рупором ладони и прижатые к небольшому расстоянию между дверью и косяком. Тишина.
«Как же так! За все двенадцать ночей она ни разу не задремала, а сегодня, в самый ответственный момент не справилась с собой!» - мозг у меня закипал от злости и безысходности. «Зачем она опять закрыла дверь, трусиха?! Почему я это не предусмотрел, ведь это так очевидно?! Что делать?! Что делать???!» – бешеный пульс стучал в висках, всё тело покрыла холодная испарина. Паника всё больше хозяйничала в моём сознании. Попав в тупик, я пошёл на крайние меры. Сосредоточив всё внимание и ту гигантскую энергию, бурлившую в моём теле, на шпингалете с внутренней стороны, я со всей силы надавил на дверь, одновременно придерживая её за ручку, чтоб она не ударилась о сундук, стоявший за ней. Защёлка вылетела, как сжатая пружина, а я еле удержал дверь, поражаясь своей внезапной мощи.
- Алёна,– толкнул я спящую сестру. – Алёна - я повторил действие. Она открыла глаза.
- Алёна, быстро просыпайся, мы опаздываем! – глядя в глаза и держа её за плечи, произнёс я как можно более доходчиво.
Выйдя из состояния сна и поняв, что происходит, Аленка подскочила с кровати, и мы выбежали на улицу.
- Лёня, дорогая, давай быстрей,– повернулся я к отстающей сестре, – если опоздаем, ребят больше никто не спасёт!
Ровно без пятнадцати секунд двенадцать мы забежали на условленное место в лесу. Я посмотрел на часы: 23:59 47, 48, 49…59, 00:00 00 показали электронные цифры. Часы мои шли секунда в секунду с официальным временем. Сомневаться в этом не приходилось, потому как были они привезены из Японии, где умеют делать качественную электронику. Да и, кроме того, каждый вечер в десять часов я сверялся с сигналами точного времени по радио.
- Успели! – я обнял сестру и крепко прижал к себе. – Успели, Лёнька! – повторил я, и на глазах у меня выступили слёзы. Это были эмоции, накопленные за две недели, а в особенности за сегодняшний вечер.
Проснулся я от необычно громкой соловьиной песни, звучавшей прямо над нами и раздававшейся, как казалось, на весь лес. Слева от меня, на еловых «лапах» и постеленной поверх телогрейке спала Алёнка. Глядя на сестру и слушая звуки утреннего леса, я рассмеялся, чувствуя себя абсолютно счастливым человеком.
- Сестра, проснись! – не громко сказал я,– нам соловей победную песню поёт!
- Я слышу, Сеня,– сонным голосом произнесла Алёнка,– а ты у нас оказывается поэт.
- Наверно,– согласился я.
Посмотрев на часы, я скомандовал: - Рота, подъём! Лёня, пора выдвигаться, скоро бабуля проснётся.
- Ага, встаю.
Собрав вещи, которые до этого прятали в лесу и использовали в качестве подушек и матрасов, мы направились домой.
- Василия охота поскорей увидеть,– сказала Алёнка, – тринадцать дней уже ни как кота, ни как человека не видели.
- Да, – согласился я,– бедная бабушка думает, что он потерялся. Вся извелась совсем.
- Всё из-за этих дурацких условий, можно было ему ещё у бабушки пожить,– недовольно добавила Алёнка.
Так с нами-то ему нельзя встречаться, вот в чём загвоздка,– напомнил я сестре.
- Бедненький, где он сейчас?
- Лёнь, да ты чего? Он с сегодняшнего дня человеком стал насовсем! Аленка улыбнулась и радостно согласилась:
- Ага, увидеть бы его поскорей!
Со времени последней ночи в лесу прошло уже три дня. От наших друзей-футболистов не было ни каких вестей. Я и Алёнка все эти три дня не находили себе места. Алёнка вечерами плакала, выдумывая всякие страшные предположения, а у меня совсем пропал аппетит. После того, как я в очередной раз отказался от завтрака, бабушка, покачав головой, произнесла:
- Ой-ей-ей, ребятки, что же это с вами такое происходит? Сегодня пойду к Тамаре Сергеевне, пусть вас посмотрит.
Я вышел из-за стола и направился на улицу. Сев на скамейку возле дома, я принялся размышлять о том, что же могло произойти с парнями. Через какое-то время ко мне подсела Алёнка.
- Сень, ты бы поел хоть немного, а? Заболеешь ведь совсем.
- Не хочу,– равнодушно ответил я.
- Ну, где же они?! – с тоской произнесла сестра, и глаза её опять стали влажными.
Тут вдруг я услышал восторженный, со сбивающимся дыханием голос Алёнки:
- Ва… Вася!
Моментально повернув голову в направлении её взгляда, я увидел приближающегося к нам Василия. Преодолевая разбитую деревенскую дорогу своей мягкой «кошачьей» поступью, он смотрел на нас и улыбался. Одет он был в ослепительно белый, спортивный костюм, белые кроссовки, а в руках нёс белую, спортивную сумку. Мы с Алёнкой подскочили и на перегонки помчались ему навстречу. - Вася, Вася! – закричали мы наперебой,– где ж вы были?! Мы вас так ждём!
Василий поставил сумку на землю, обнял нас и поднял, целуя поочерёдно, то меня, то Алёнку.
- Здравствуйте, спасители вы наши дорогие! Вы уж извините, друзья, что волноваться заставили, но обстоятельства сильнее нас оказались. Уезжать пришлось, Виталию Сергеевичу плохо было, но всё обошлось.
- Пойдём в дом,– потянула его за руку Алёнка,- с бабушкой знакомиться… или… - она задумалась – ну, да, она ведь тебя не видела.
- Пойдём,– согласился Василий и, подняв сумку, направился за нами.
- Бабушка, бабушка! – радостно заголосила Аленка, забежав в избу – познакомься, это наш друг. Его Василий зовут, он футболист, капитан команды – протараторила Аленка, представив Василия.
- Здравствуйте, Варвара Степановна! – поздоровался Вася, с любопытством глядя на бабушку.
- Здравствуйте, Василий, проходите. Садитесь за стол, чаем Вас угощу.
Спасибо, не откажусь.
Долгожданный нами гость уселся за стол и, повернувшись к бабушке, спросил:
- Варвара Степановна, а у вас я гляжу, кота нету в доме?
- Ой, Вася, Вася! Ты прям по больному! Уж, поди, как две недели мой любимый кот пропал. Тоже Васькой звали. Сыщется ли? Уж и не надеюсь,– грустно ответила бабушка.
- Тогда это Вам, Варвара Степановна. – Василий раскрыл свою сумку и вытащил оттуда прелестный пушистый комочек.
- Ой, прелесть, какая,– хлопнув в ладоши, закивала бабушка,– а на Ваську-то как похож!
- Нравится?
- Очень,– протягивая руки к котёнку, сказала бабуля.
- Вот и хорошо. А то пропадёт бедолага. На автобусной остановке, под лавкой сидел.
Бабушка накрыла на стол и за чайком мы с Алёнкой, уплетая бабушкины пирожки, расспрашивали Васю о том, что они собираются делать дальше.
- Решили мы, ребята, всё с чистого листа начать. Возвращаемся в наш поселковый «Вымпел» и… В общем, продолжаем играть. Виталий Сергеевич едет с нами, так, что думаю, наведём ещё шороху в футбольном мире!
Тут он посмотрел на бабушку и обратился к ней: - Варвара Степановна, разрешите мне у вас внуков на пару дней в гости к себе забрать, а? Там ещё кое-кто повидать, познакомиться и отблагодарить их хочет. Они оказали нам неоценимую помощь, и мы теперь всю жизнь им обязаны.
Бабушка развела руки в стороны:
- Ну, ежели хотят, то, как не отпустить.
- Хотим, хотим,– запрыгала от радости Алёнка.
- Тогда быстро собираться,– скомандовал Василий и посмотрел на часы,– через сорок минут автобус.
Вот и вся история о тайне кота Василия, про которую я хотел вам рассказать.
А ребята по-прежнему играют в футбол, в одной команде и под руководством Виталия Сергеевича. Результаты немного скромнее, чем это было до наказания, но ведь они ещё молоды, и если будут усердно работать, то обязательно добьются того, к чему стремятся.
Это интересно!
В созвездии Медузы, роман-сказка
Муха, рассказ
Зачем болеет мама? стихи для детей
Нажмите комбинацию клавиш CTRL-D, чтобы запомнить эту страницу
Поделитесь информацией о прочитанных произведениях в социальных сетях!