Никита Николаенко

Жена охранника

 

Жена охранника


 

Он сидел развалясь, за большим черным столом у себя в кабинете, когда впервые увидел ее. В то время он работал директором охранного предприятия, и мог себе позволить сидеть, развалившись в кресле. Прямые соломенные волосы почти закрывали ее глаза, и опускались сзади до плеч. Симпатичное лицо – бывают же такие милые мордашки, на артистку какую-то похожа! – мелькнуло у него. Девушка была невысокого роста, можно даже сказать, маленького, но стройная и очень женственная. Та-а-ак! – отметил он про себя. Девочка-то красивая!

Она пришла за деньгами, которые он должен был заплатить ее мужу, уже с полгода отработавшему в охранном предприятии. Когда-то они вместе тренировались, занимались боксом, но парень, по прозвищу Кувалда, переехал недавно в другой город. По слухам, его определили туда приятели – боксеры, владевшие банком. С женой его приятель разводился, и заработанные за два месяца деньги, перед отъездом попросил передать ей.

– Ой, нет, сегодня все деньги дать не смогу, только часть, - сразу сориентировался сидящий за большим столом, понимая, что будет повод увидеть девушку еще раз. – Ах, хороша! – посматривал он на нее, оценивающе. Не скоро, милая, ты у меня всю зарплату мужа получишь!

Да вы проходите, садитесь! – засуетился он, показывая на стоящий рядом стол, за которым, правда, уже сидел его заместитель. Тому он кратко сказал только, - ты, дядь, прокатись по объектам, проверь посты. Тот, в одночасье, собравшись, быстро ушел, и девушка прямо в пальто села за стол рядом с ним. В кабинете сразу стало как-то уютнее, и можно было спокойно поговорить по душам. Значит, за деньгами пришли? – спросил он ласково. – Да, за деньгами. – Кофейку, может, попьете? – еще предложил он. Девушка не отказалась и он, быстро пройдя на кухню, отдал ценные указания буфетчице, и так же быстро вернулся обратно.

Скоро повалили арендаторы, приносившие деньги за охрану. Толстые пачки ему приходилось при девушке убирать в сейф, и разговор с ней пришлось сворачивать. – Эти деньги пойдут на первоочередные выплаты, - на всякий случай пояснил он. – Вы приходите в конце недели, - объявил он девушке, когда она, выпив кофе и полистав предложенные им журналы, заскучала. Попробую набрать нужную сумму.

Вечером того же дня он позвонил старому приятелю, тоже боксеру, хорошо знавшему его охранника. – Как дела у Кувалды? – поинтересовался он. – Что это он надумал уезжать, а жена его как же? А то она приходила за деньгами сегодня. Из дальнейшего разговора выяснилось, что да, они разводятся, что у нее есть маленький ребенок и живет она пока у родителей Кувалды.

В конце недели девушка снова пришла за деньгами. Выдав ей только часть зарплаты мужа, он вышел с ней на улицу – проводить. Мартовский снег уже начал проседать, весна была не за горами. В воздухе витало тепло, и возвращаться в контору ему совсем не хотелось, а вернее, не хотелось отпускать девушку. Он не спеша, прошелся с ней к остановке автобуса.

– Подожди, я хотел предложить, - он немного замешкался. – Может, встречаться будем? – Что-что? – переспросила она, в упор глядя на него и ожидая более подробных разъяснений. Ох, не любил он давать женщинам подробные объяснения, ох не любил, но пришлось. Я говорю, понравилась ты мне очень, давай встречаться будем, дружить с тобой хочу! – разъяснил он свою мысль окончательно. И добавил, на всякий пожарный: – Я хороший! – А-а! – ответила девушка, но стало понятно, что она не возражает. – Мне двадцать пять лет, - пояснила она. – Ну и хорошо! – ответил он. А про себя подумал, - боже, неужели я на двадцать лет старше нее? Впрочем, его, подтянутого спортивного вида мужчину это ничуть не смущало. Разницы в возрасте он не ощущал. Ну и ладненько! – обрадовался он. Давай, для начала, в парк Коломенское, что ли, сходим, погуляем. Встретиться они договорились на следующий день.

На следующий день, подхватив девушку у метро рядом с парком, он уверенно направил машину прямо к шлагбауму, перекрывавшему въезд в Коломенское. Два рослых охранника в зеленых бушлатах остановили его перед въездом. – Вы к кому едете? – Ребята, я директор охранной фирмы, у меня здесь встреча с вашим руководством,- объявил он, показывая им свое пластиковое удостоверение. Его пропустили, и он поехал к церкви, у которой дежурил еще один боец. – Куда машину поставить, дядя? – спросил он у охранника. – Туда, - охранник махнул рукой на задний двор церкви, где уже стояло несколько блестящих иномарок. Припарковавшись, он помог девушке выйти и осмотрелся вокруг.

Мартовское солнце светило уже не просто ярко, а даже немножко грело. Прямо над ними блестели на солнце синие купола церкви с золотыми звездами. День был просто замечательный! Вокруг гуляло много людей. Они прошли вперед, глядя, как дети на санках спускаются с горок (их веселый смех слышался отовсюду) как лыжники бодро проходят мимо них. Вдалеке виднелись тройки лошадей с запряженными санями, катающие желающих.

Гуляли они долго, разговаривали «за жизнь», он не уставал поддерживать девушку под локоток, и пока несмело обнимал ее, иногда брал за руку. Вдоволь нагулявшись по опрятным дорожкам, они зашли внутрь белого каменного здания, в музей. Считая себя знатоком Коломенского, он принялся, было, рассказывать ей про историю заповедника, но, кроме того, что здесь стояли войска Болотникова, да росли самые старые в Москве дубы, ничего припомнить не смог. Тогда он, не мудрствуя лукаво, стал объяснять, показывая на экспонаты, - это сабля, а это кольчуга, - не забывая слегка обнимать и поглаживать девушку. Можно, я буду тебя звать Малышка? – спросил он. Можно, - ответила она, улыбнувшись. Теперь объяснение пошло гораздо веселее. Но внутри музея не было такого яркого солнца, как снаружи, и в толстых каменных стенах скоро почувствовался холод, и они, особо не задерживаясь, поспешили наружу.

Теперь пара стояла, взявшись за руки, на вершине холма. Прямо перед ними, ближе к реке, тянулась ввысь острым куполом церковь Вознесения. Левее, на старых пушках, установленных над обрывом, играли дети, еще ниже, подо льдом, через проталины, угадывалась река. У открытой воды копошились стаи уток.

Подходило время обеда. Побежали! – предложил он, увлекая девушку за собой на заснеженную поляну. Весело смеясь, они легко побежали к видневшимся вдалеке избушкам – многочисленным кафе да ресторану. По дороге им встретилась небольшая канава, и он легко перепрыгнул ее, не выпуская руки девушки, а его спутница, споткнувшись, чуть не упала. Он едва успел подхватить ее. – Ты чего? – спросил он, удивленно. – Юбка у меня узкая, - объяснила она. – Я широко шагать не могу, за тобой не поспеваю! Он чуть наклонился и посмотрел на нее. Узкая шерстяная юбка опускалась  значительно ниже колен, прикрывая сапоги, и обтягивая фигуру. И как они, бедные, ходят в таких нарядах! – только и мотнул он головой.

Дальше до ресторана дошли без приключений. Что закажем, мясо или рыбу? – спросил он нетерпеливо. Что хочешь, то и заказывай, - ответила подруга. – Тогда мясо! – он основательно проголодался, и заказал двойной шашлык себе и ей. – А пить-то что будешь, вино или водку? – Я не пью, совсем не пью, сок только. – Вот тебе раз! Даже вина легкого не выпьешь? – Нет. – Тогда мне водки, а девушке апельсиновый сок, – отпустил он официанта, принимавшего заказ. За столиком они говорили так, ни о чем. Ела она немного, больше слушала его, и он с сожалением смотрел на сочные куски мяса, оставшиеся на блюде, которые один уже никак не мог осилить.  Немного захмелев, он рассказывал ей о том, как трудно жить среди волков, не забывая вставлять осторожные пока комплименты девушке. Говорил, что жизнь имеет смысл, когда рядом теплое женское плечо, к которому так хочется прислониться, и ради которого стоит совершать подвиги. – Жена не в счет, - кратко упомянул он свою благоверную. – Хочется ведь, чего-то такого, особенного! Девушка молчала, слушая его. Чего это она не пьет совсем? – недовольно думал он. Под рюмочку-то, мои увещевания веселее воспринимались бы.

После обеда стало понятно, что они еще не нагулялись, расставаться не хотелось ни ему, ни ей. Решили поехать куда-нибудь еще. В центр давай! – предложил он. К вечеру они усталые, но довольные бродили по центру города, держась за руки, и уже не отпуская друг друга. Его отключенный мобильный телефон надежно молчал, и о жене сейчас как-то не думалось. Наплету потом что-нибудь, - мелькнуло только у него. Нагулявшись за день, они стали откровенно повествовать о себе.  Малышка рассказывала про своего мужа, почему они разводятся. – Мужа твоего я хорошо знаю, мы же тренировались вместе, - напомнил он ей. Выяснилось, что не так уж она и проста – девушка имела условную судимость за подделку документов. Эх, Малышкой ее назвал, надо было назвать – Уголовница, - улыбнулся он про себя. Потом доложился ей про свою жену. Между прочим, объяснил, что живут они, хоть им в одном подъезде, но на разных этажах. - Я у Деда, а она с детьми – у своих стариков. Кстати, если встречаться надумаешь, то у Деда вполне можно, - пояснил он.

Они прошлись по Красной площади, дошли до Старого Арбата. На Арбате в этот вечер выступало много самодеятельных артистов, и смотреть на них было интересно. То ли по этой причине, то ли по какой другой, но настроение у обоих было приподнятое. Мне пора домой, - сказала, наконец, девушка. Сестру надо отпустить, она с ребенком сейчас сидит. Я в восемь часов обещала быть, а сейчас уже восемь. Да и ему пора было возвращаться к любимой жене. Он подвез девушку к ее дому. В машине они целовались уже долго, страстно, и ему никак не хотелось ее отпускать. Идти надо, - она немного отстранилась.

Я постараюсь договориться с сестрой на следующую неделю, - обнадежила она. Ну и отлично, - ответил он, - давай сходим в театр или в музей, жду твоего звонка. Всю неделю у него перед глазами стояло ее симпатичное лицо. Он мысленно целовал ее щеки, потом губы, потом воображение разыгрывалось дальше – скорее бы ее увидеть!

Через неделю они встретились уже вечером, причем, он опоздал на свидание, у него были дела в тот день. По настоянию собственника предприятия, где он работал исполнительным директором, ему пришлось прикрывать встречу, стрелку, вернее. Отделаться посылкой группы быстрого реагирования не удалось. Кстати, Кувалда всегда ездил с этой группой. Собственник настаивал, чтобы и он сам там был, причем, с оружием. У того произошла стычка с каким-то депутатом, и силы с обеих сторон подтягивались значительные. Кому нужна эта демонстрация? – с раздражением думал он,  глядя на рассредоточенных по округе бойцов, да еще на привлеченных милиционеров, которые с невинным видом копались поодаль в автомобиле. К вечеру, когда он освободился, стало холодно и ветрено, никакого солнца, конечно, уже не было, и на улице в такую погоду не гулялось. Он, нарушая все правила, гнал машину на встречу с девушкой, жалея о потерянном времени. Она уже ждала его. – Это ничего, что погода плохая, мы же собирались в музей, - напомнил он, целуя ее. – Давай поедем в Дом Художника,  там часто бывают выступления артистов, концерты. Это недалеко, в нем большие залы, много картин, поделки разные продают, в основном  из камня, есть что посмотреть – поедем? Ненужный ему теперь пистолет, он вместе с кобурой засунул под заднее сиденье.

В Доме Художника в тот день было совсем мало посетителей. Новых экспозиций не выставили, а старые не вызывали большого интереса, и никаких концертов не проводилось. Но это-то как раз было и хорошо – никто не мешал им. Зайдя, первым делом, в пустое кафе на первом этаже, он заказал кофе себе и пирожные для нее. Сидя с Малышкой за столом, он смотрел на ее открытые запястья, на которых красовались браслеты, на изящную шею девушки, так же покрытую дорогим ожерельем. Вкус у нее хороший! - это он признал сразу. Они долго бродили по пустым залам, где только пожилые смотрительницы сидели на стульях по углам, и он, обнимая ее за талию, постоянно нашептывал Малышке на ушко всякие глупости, каждый раз поднося губы все ближе и ближе к ней.

– Я не могу любоваться на эту красоту перед нами, - говорил он, нежно прижимая ее. –Когда рядом такая красота, которая затмевает все! Твоя стильная кофточка и юбочка уже являются высокохудожественными произведениями. Зачем смотреть на витрины вокруг, когда на совершенных женских формах это смотрится в сто раз привлекательнее, - нашептывал он змеем-искусителем. Она негромко смеялась. Скоро дело дошло и до легких поцелуев, а там и до длительных, затяжных. Сидящим на стульях смотрительницам было все равно.

Все бы ничего, но то ли из-за почти полного отсутствия посетителей, то ли из-за сильного ветра, завывающего за окнами, но как-то холодно было в Доме Художника в тот вечер. Скоро они начали замерзать, да и смотреть больше было нечего. Поедем ко мне, - предложил он ей, и Малышка согласно кивнула.

Только аккуратно надо будет зайти в подъезд, чтобы, упаси боже, жена не встретилась нам,- стал он выдавать привычные инструкции, когда они подъехали к его дому. Ты иди первая, и жди меня на этаже, а я следом, за тобой, вот только машину уберу с глаз подальше. Впрочем, забыв обо всех правилах конспирации, он почти сразу кинулся за ней. А то еще замерзнет, бедная, стоя в коридоре, или украдут такую красавицу, - переживал он за девушку.

Наскоро познакомив Деда с Малышкой, он увлек ее в свою комнату. Лампы они даже не включали, он только раздвинул шторы, и матовый свет от дома напротив, да еще от поднявшейся луны, залил его большую комнату. Все и так хорошо было видно. Малышка уже в комнате сняла пальто, сапоги и подошла к нему. Наконец-то никто не мешал, и они стали целоваться жарко, исступленно. Девушку хотелось целовать снова и снова, и он осыпал ее лицо поцелуями, ощущая горячее дыхание и ответные ласки. Она, чуть отстранившись, начала медленно, но решительно расстегивать ремень на его брюках. У нее не получалось, но она тянула за ремень снова и снова, и даже чуть подтолкнула его. Он немного растерялся от такой уверенности в ее действиях, обычно он сам проявлял инициативу, и сейчас с любопытством ожидал, что она будет делать дальше. Наконец, девушка справилась с ремнем, и так же уверенно сама сняла с него рубашку, расстегнув, одну за другой, все пуговицы. Опустившись на колено,  она потянула за брюки. Теперь он очнулся и, подняв ее, принялся аккуратно раздевать. Как же приятно снимать одежду с красивой женщины, чувствовать, что ты ей симпатичен и как она проявляет желание! Снимая с Малышки кофточку, юбку, колготки, он не торопился, получая удовольствие от самого процесса раздевания. Ее колготки он даже задержал в руках, ощущая мягкий шелк, и прислонил их к своей груди.

Спустя некоторое время, они стояли друг против друга полностью обнаженные. Луна стала светить как-то ярче, и их тела были залиты лунным светом. Подхватив ее на руки, он понес девушку к постели. Он долго мял ее такое желанное тело, ворочал ее, они непрерывно гладили и целовали друг друга. Немного отдохнув, принимались за ласки снова. Что значит молодая! – одобрительно подумал он о Малышке. – Сколько сил нерастраченных! Хорошо, что Кувалда уехал. От ранее неприступного и несколько отчужденного вида девушки не осталось и следа. Теперь ее волосы были растрепаны, косметика давно стерта, сама она была вся измята его сильными руками, и взгляд у нее стал такой мягкий, кроткий и понятливый. Можно было расслабиться. Они еще долго лежали рядом, снова принимались то гладить друг друга, то целовать, но уже без страсти, а так просто, ближе знакомясь, что ли.

После ее визита они стали регулярно встречаться. Когда Малышке удавалось уговорить сестру посидеть с ребенком, они направлялись на непродолжительную прогулку, а потом ехали к нему домой. Их отношения плавно перешли в спокойную стадию, когда ему хотелось видеть Малышку, гладить ее волосы, говорить с ней. И она проявляла к нему интерес, постоянно звоня вечерами и обсуждая всякие глупости. – Расскажи про любовь, - просила она, и он, немного напрягшись, красочно описывал ей свои чувства. Некоторым неудобством было то, что звонить она любила поздно вечером, совсем поздно, когда он уже смотрел вторые сны. А тут приходилось подниматься и рассказывать про любовь. Но даже это не сильно напрягало его – он был рад слышать ее голос.

В один из дней, идя на встречу с девушкой, он остановил машину у метро и зашел в цветочный киоск, собираясь купить ей цветы. В этом киоске ему ничего не понравилось, он уже направился, было к следующему, как вдруг увидел идущую ему навстречу жену. – Ну что ты скажешь – ведь за две остановки от дома! – успел он подумать. Уже в который раз он обращал внимание – стоит только подумать о встрече с девушкой, как жена, словно чувствуя, оказывается тут как тут. – Интересно, а что это ты тут делаешь? – с сомнением спросила она, глядя ему в глаза. – Да я, дорогая, к ценам присматриваюсь, - со страхом пролепетал он. При виде жены у него иногда затормаживалось сознание, и соображать приходилось очень долго. Как-то незаметно из скромной девушки она превратилась во властную женщину. А ты куда, дорогая? – нашелся он. Я на работу, у меня сегодня вечерний прием пациентов, ты что – забыл? - ответила жена недовольно, и зашла в метро. Хорошо еще, машину в стороне оставил, - перевел он дух. Интересно, что бы я говорил, если бы уже купил букет? Как хорошо, что я тебя встретил, это тебе! Тут же, этим букетом и получил бы, - содрогнулся он от такой картины, представляя, как лепестки роз разлетаются в разные стороны, под одобрительные возгласы проходящих мимо женщин, - Правильно! Так ему!

Через пару недель, по дороге к Малышке, он заехал в большой универмаг. Подберите, пожалуйста, хорошие духи, - попросил он миловидную продавщицу. Та постаралась. Подавая ему флакон духов, она пояснила, - эта марка бывает редко, их сразу раскупают, берите. Ваша девушка будет довольна. Только после обеда он вспомнил, что жена поручала ему зайти к ней за списком продуктов, которые он должен был привезти. Поднявшись с постели, он сказал Малышке, - ты одевайся потихоньку, и иди к машине, а я сейчас к женушке быстро заскочу и догоню тебя. Помнишь, где мы машину оставили? Малышка в одних колготках подошла к нему, держа в руке флакон подаренных духов, обняла его и неожиданно брызнула духами из флакона ему на шею. Ты чего? – отпрянул он. Дождавшись, когда девушка оденется и отправится дожидаться его на улице, он кинулся в ванную и, поливая себе шею, старался смыть следы духов. Но запах дорогих духов все равно чувствовался, даже после мыла. Зазвонил телефон. Ну, ты идешь за списком? – нетерпеливо спросила жена. Иду, уже иду! – наскоро вытерев себя, он выскочил за дверь.

Зайдя в квартиру к жене, он взял лежащий на столе список и принялся изучать его. Аромат духов предательски распространился по кухне. Жена, уловив запах, наклонилась к нему. – Так, забирай свои джинсы, - и жена ткнула ему скомканный пакет с его джинсами, которые он принес ей для стирки, - и иди туда, где тебя духами надушили! Он безропотно взял пакет, и как-то боком удалился, предпочитая сначала осмыслить свое положение в одиночестве. Нужно было отвозить девушку домой. В большой тоске он направился к стоящей в закутке машине. Себя ему было очень жалко, - и что я такой несчастный! Малышка терпеливо и с интересом смотрела, как он приближался. – Что, из дома выгнали? – поинтересовалась она с сочувствием. – Нашла чему радоваться! – недовольно буркнул он про себя, а ей ответил, - выгнали! Всю дорогу к ее дому он молчал, переживая случившееся, молчала и она.

Вечером, придя в себя и тщательно, с мылом вымывшись, он отправился к жене. Ну и что, что запах духов, - подготовился оправдываться он. В кафе зашел чашку кофе выпить, а за соседним столиком девчонки покупку обсуждали, брызгались. Не уличена – не гулящая! С собой он нес большие сумки с продуктами, купленными по списку. – А что это ты, дорогая, мне мои джинсы вернула? – как ни в чем не бывало, с невинным видом поинтересовался он. Они же еще не постираны! – Сообразил, что говорить, отмылся! – ответила жена. – О чем это ты, дорогая? – искренне удивился он. Жена, хмыкнув, удалилась в другую комнату, предоставив ему одному заниматься с ребенком уроками. Пронесло, кажется, – вздохнул он. Объяснение про девушек за соседним столиком, брызгающихся духами, осталось на потом.

Дни летели за днями. Он уже с нетерпением торопил, - скорее бы лето! – надеясь, что жена уедет на дачу, и  ничто не помешает ему проводить с Малышкой все свое время. При встречах, она уже спрашивала – какие блюда он любит, что готовит себе на обед? Это его немного настораживало, но не так, что бы очень. Дед привык к приходу его новой подруги, хотя и путал ее с девушкой, бывавшей у них ранее. А это не та девушка, что с нами на дачу ездила? – все спрашивал он. - Ты что, старый, не видишь, это совсем другая! Сколько раз можно повторять! – отвечал он, недовольный его несообразительностью. Дед не мешал им, отправляясь в свою комнату смотреть телевизор, но бывало, что досаждал своими разговорами. Ой, нам нужна хозяйка, мы так давно пирожков не пробовали! – волновался старик, увидев Малышку в очередной раз. Пирожки с капустой были его слабостью. Его жену Дед за хозяйку не считал – она не ладила со сварливым стариком и была редкий гость в его квартире. Но иногда заглядывала.

В тот день Малышка приехала на целый день, обрадовано сообщив, что с трудом уговорила сестру посидеть с ребенком. – Ты ведь, целый день со мной проведешь? – спросила она. Дед опять завел разговоры про пирожки. Пирожки любит старый, надоел уже своими рассказами про них, – пожаловался он ей. – Так давай я испеку! – предложила девушка. – А ты умеешь? – поинтересовался он, с сомнением. – Умею. – Так Дед жаренные любит, с капустой. – Какие хочешь, сделаю, - ответила она. Купи только муку, яйца да молоко. Пришлось бежать в магазин. Эх, у жены сегодня выходной, дома будет, не лучший день для встречи, - мелькнуло у него, но осторожность он давно потерял. Сделает она сегодня пирожки, обещала, - обнадежил он Деда, вернувшись. Ты пока ступай в свою комнату, мы позовем тебя, когда готовы будут, - с недовольством отправил он оживившегося старика к телевизору. Мешаться будешь только под ногами.

Но о пирожках, конечно, они вспомнили далеко не в первую очередь. Обозначив готовку – поставив тесто подниматься на плите, пара удалилась в комнату. Пока так разомнемся, быстро, это не будет считаться, - предложил он. – А уж после пирожков займемся основательно. Быстро не значит не сладко. Чем больше был он с Малышкой, тем больший интерес она у него вызывала. Но пора было возвращаться к пирожкам. Дед уже нетерпеливо бродил по кухне, гремя кастрюлями. Быстро одевшись, они направились на кухню. Малышка была и в самом деле хорошая мастерица. Гора горячих пирожков с аппетитной румяной корочкой росла на блюде, и девушка положила на сковородку последнюю партию. Погасив под ней огонь, он потянул Малышку к себе, - потом дожарим!

Неожиданно и очень настойчиво, как ему показалось, зазвонил телефон. Конечно, это звонила его жена. Ну, все – попался! – мелькнуло у него. – Так, ты сейчас чем занят? – спросила она. Со страху он потерял дар речи. Ему показалось, что следующая ее фраза будет, - я знаю, с кем ты сейчас обнимаешься! Но она сказала другое: – Мне нужно срочно в универмаг, на Ленинский проспект, за нитками. Ты поедешь со мной? К нему вернулся дар речи. – Конечно, поеду дорогая! Я как чувствовал, что ты соберешься куда-то поехать, уже и машину подогнал, - засуетился он. – Так, ты заходить за мной не будешь, внизу встречаемся? Хорошо, я уже одеваюсь! Так, Малышка, срочно отправляйся! – сказал он девушке. Отвезти тебя сегодня не смогу. Видишь, моя благоверная меня вызывает! – Я же спрашивала тебя – свободен ты сегодня будешь, или нет! Ты же обещал, что проведешь со мной весь день! – как-то зло ответила она. После этого Малышка быстро собралась и ушла, так сильно хлопнув дверью, что задрожали стены. Ну, точно, типичная уголовница! – только и успел он подумать.

Через пятнадцать минут, с угодливой поспешностью он уже распахивал дверцы машины, подогнанной к самому подъезду, чтобы усадить жену. Ведя машину к универмагу, он радовался, что все обошлось, что он не попался, потому что, вздумай жена зайти за ним, деваться было бы некуда, да еще с пирожками. Эх, пирожки-то не попробовал! – вздохнул он. Вкусные, наверное! Ничего, Дед все съест.

За покупками с женой он не пошел, а принялся, по обыкновению, прогуливаться возле машины, думая о своей нелегкой судьбе и о тяготах семейной жизни. О Малышке, которую он срочно отправил, сейчас как-то не думалось, и он нехотя прогонял тяжелые мысли о ней. Ничего, потом оправдаюсь, подарочки куплю, - утешал себя он. Погуляв с полчаса на легком морозе, под солнышком, он приобрел былую уверенность – ничего не случилось, все нормально!

Глядя издалека на идущую к нему жену, он с радостной улыбкой направился к ней навстречу, - заждался уже тебя – все купила? Но на обратной дороге к дому затосковал, он запоздало сожалел, что выгнал девушку. Надо было просто оставить Малышку дома, пекла бы себе пирожки дальше, телевизор бы посмотрела. А за это время успел бы свозить жену, да и обратно вернуться. Девушке же стоило большого труда уговорить сестру посидеть с ребенком, и на тебе – выставили на улицу! Даже пирожки свои не поела! А женушка-то хороша! – он опасливо покосился на сидящую рядом жену. Прямо нутром чувствует, когда надо озадачить да нагрузить поручениями. Приехав, домой, жена соизволила его отпустить. Ну вот, а я все паникую раньше времени! - укорил он себя.

После того случая, его связь с женой бывшего охранника как-то быстро сошла на нет. Малышка ему больше не звонила, он ей тоже. Он только отрешенно смотрел, как девушка отдаляется от него, не предпринимая никаких усилий удержать ее. Он никогда не удерживал женщин, если они уходили, предоставляя им самим выбирать – с ним им быть или нет. Насильно мил не будешь! Ну, подумаешь, выставил ненаглядную разок! Между близкими друзьями чего не случается!

Как раз незадолго до этого случая, его самого высадила из машины одна подруга поздно вечером за городом, оставив на заснеженной лесной дороге. Так сам виноват был, зачем заставлял ее везти себя от дачи, где он был в гостях, в город. К любимой жене торопился, опять, значит, женушка виновата. Так та подруга категорически отказалась ехать дальше, объяснив, что впереди, на выезде из леса, всегда стоит патрульная машина. Они же выпили тогда в гостях немножко. И пришлось ему полтора часа шлепать по темной дороге, пока не вышел на освещенное шоссе. А патрульная машина действительно стояла, и милиционеры удивленно посмотрели на идущего по дороге одинокого мужчину. Так что же – расставаться с той подругой после этого? Нет, конечно!

Малышка еще раз приезжала к нему, но скорее уже по инерции. Такой бурной встречи, как раньше, уже не было, они держались отчужденно и настороженно. Во время ее последнего визита, девушка забыла у него свой мобильник. На следующий день, позвонив, она попросила, – принеси, пожалуйста, мой телефон к метро. Давай, я провожу тебя немного, - предложила она, забрав телефон. Они молча шли по серому снегу по направлению к его дому. – Может, подружимся? – мелькнуло у него. – Ты знаешь, я недавно молодого человека встретила, он сам подошел ко мне на улице, познакомился, - объявила Малышка. – Знаешь, не провожай меня дальше, - ответил он. Вот как раз идет троллейбус, давай я тебя посажу на него, возвращайся к метро. Несмотря на ее возражения, он посадил Малышку, и помахал ей в след.

Вот и все, - сказал он себе. Начинай ее забывать. И почему меня никто не любит? Образ так понравившейся ему девушки как-то быстро стал отдаляться от него, теряя очертания, пока совсем не растаял в тумане времени.

21 декабря 2007 г.

 


Это интересно!

Николай Довгай

Вещий сон актера Казарина, иронический рассказ

Александр Костюнин

Рукавичка, рассказ

Игорь Круглов

Поэма о значке и билете, стихи


 


Это интересно!

Николай Довгай

Человек с квадратной головой, рассказ

Лайсман Путкарадзе

Веснячка, рассказ

Вита Пшеничная

Наверно так в туманном Альбионе, стихи


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


 

Рассылка новостей Литературной газеты Путник

 

Здесь Вы можете подписаться на рассылку новостей Литературной газеты Путник и просмотреть журналы нашей почты

 

Нажмите комбинацию клавиш CTRL-D, чтобы запомнить эту страницу

Поделитесь информацией о прочитанных произведениях в социальных сетях!


Яндекс цитирования